Шаги живучести старого пола
Я встречал доски, тронутые временем, гвоздями и табуретками нескольких поколений. Начинаю с визуального осмотра: ищу потемнения, сетчатые трещины и шпоры старых жуков-древоточцев. Шурф под плинтусом открывает сечение лаг, а карбидный тестер раскрывает скрытую влажность. Значение выше двенадцати процентов означает, что сначала беру осушитель, а уже после инструмент. Уровнем с длиной два метра отмечаю провалы, метки оставляю мягким карандашом, чтобы не заносить металл на шлифовку.
Диагностика основы
Скрип лечу саморезами с потайной головкой — ставлю их под углом сорок пять градусов к волокну, тогда нагрузка ложится на резьбу, а не на металл. Доски с бурым кубическим гниением удаляю без сожаления. Запах грибка напоминает мокрую газету, его трудно спутать. Свежий лафет подгоняю фуганком, смазываю эпоксидкой с наполнителем «мета-бисер» — тонкие стеклянные шарики снижают усадку смолы.
Выравнивание лагов
Перепады до шести миллиметров нивелирую клином из берёзовой фанеры. Для серьёзной просадки ставлю регулируемые опоры типа UM-домкрат: резьбовая шпилька вкручивается в металлический стакан, а гайка выводит горизонт. Пустоты между лагой и черновым основанием заполняю вспученным перлитом — лёгкий, негорючий, прекрасно гасит шаговую волну. Торцы новых вставок пропитываю борным антисептиком: бор трогает клеточную мембрану грибка, останавливая рост колонии.
Финишная отделка
Шлифую в три прохода: барабанной машиной зерно 40, затем 80, финиш 120. Края прохожу орбитальным эксцентриком, иначе появятся полумесяцы. Щели шире полтора миллиметра шпаклюю компаундом «жидкое дерево» с дубовой мрукой, поверху кладу шпатель-ракель, чтобы не продавить волокно. После вакуумной уборки наношу двухкомпонентное полиуретановое масло. Первый слой ложится валиком микрофибра, второй — шпателем из нейлона: так масло равномерно питает древесину и не образует луж. Через сутки мягкая шлифовка P180, затем твердый воск-масло с карнаубой закрывает поры и придаёт матовый блеск.
Для ухода оставляю заказчику бутылку pH-нейтрального мыла — щёлочь вытягивает таннины, а карбамидный воск защищает структуру. Шаги становятся глухими, словно по плотной глине, и старый пол снова звучит достоинством, а не скрипом.
