Глянец лагуны в штукатурке

Я работаю с венецианской штукатуркой уже пятнадцать лет. Люблю момент, когда свежий слой начинает поблёскивать под кельмой, словно тонкий лёд над тёмной водой. Мраморный эффект рождается из извести, мраморной муки и пигмента, замешанных до консистенции густого крема.

Истоки техники

Метод пришёл из мастерских Венеции XV века. Артельные обмазочницы (женщины, наносившие известковый раствор на каменные фасады) смешивали просеянную муку из каррарского мрамора с гашёной известью. Рецепт ценили за стойкость к соляному воздуху лагуны. В России техника прижилась ещё при Петре I, когда итальянские мастера украшали дворцовые залы. С тех пор формула почти не сменилась: известь, мраморная пудра, натуральный краситель и терпение.

Подготовка основания

Сухая и прочная плоскость — главный залог успеха. Я предпочитаю минеральные шпаклёвки с фракцией не крупнее 0,3 мм. После шлифования поверхность гладка, словно лист шакши — тонкой металлической пластины для правки клинка. Грунт выбираю глубокопроникающий на акрил-силоксановой основе: он удерживает влагу, не запирая поры. Последний штрих — кварцевый грунт, дающий микрошероховатость, нужную для сцепления первого слоя.

Расход считаю по формуле: толщина слоя в миллиметрах, умноженная на плотность, делённая на коэффициент укрывистости. Обычно хватит пяти килограммов на десять квадратов.

Методы нанесения

Первый слой кладу кельмой из нержавеющей стали под углом 15°. Движения короткие, перехлёсты случайны — именно хаос рождает глубину. После схватывания выступы срезают тем же инструментом, держа его почти параллельно. Второй и третий слои ношу ещё тоньше, пока подсветка не выдаст ни одной тени от мазков.

Патинирование задаёт характер: пигмент разбавляю фресковым мылом (potassa sapo) до полупрозрачного сиропа. Втираю состав кельмой, нагревая поверхность трением. Возникает так называемая вакатива — предфинишный блеск. Финальный прожиг — процесс, когда утюг из закалённой стали скользит по стене, уплотняя верхние микрометры. После прожига воск на карнаубской смоле приносит зеркальный отблеск и гидрофобию.

Мою такую стену только мягкой губкой и водой без абразивов. При локальном сколе снимаю границы острым резцом, добавляю свежий раствор, выравнивают и вновь прожигаю, швов не заметно.

Венецианская штукатурка живёт благодаря спокойным рукам и чувствительности к влажности. Погоня за скоростью лишает глубины. Я предпочитаю работать при 18–22 °C и относительной влажности 60 %. При таких условиях известь карбонатизируется равномерно, а цвет раскрывается без пятен. Мраморное сияние остаётся десятилетиями, словно застыл лунный свет внутри стены.